• Чудеса кукольной столицы
    27 декабря 2016, 16:01
    Чудеса кукольной столицы

    Все признают, что кукольных театров и проектов в Петербурге больше, чем в Москве, и спектакли у нас разнообразнее. Именно в Северной столице 85 лет назад и открылся Большой театр кукол. Создавала его команда из пяти человек, и куклы у них были самые простые, перчаточные. Но и тогда зрители во все глаза смотрели на представление. Что-то не меняется, неважно, какой век на дворе.

    Конечно, за годы многое изменилось. У каждой системы кукол – свое назначение. Как рассказывает Наталия Сергеевская, начальник отдела развития БТК, если тема спектакля серьезна или даже трагична, кукольник берет марионетку, если разыгрывается дурашливая история – петрушку. А в «Морозко», классическом ярмарочном спектакле, действуют тростевые куклы (они изобретены в Германии, но благодаря народному артисту Сергею Образцову известны во всем мире как «русские»).

    Десять лет назад главным режиссером БТК стал Руслан Кудашов, обратившийся к современной кукольной режиссуре, которая часто предполагает сочетание разных систем в одном спектакле. В «Щелкунчике» мир повседневной реальности Мари передан небольшими куклами, когда же она начинает фантазировать, все вокруг преображается: появляются огромные мыши, гигантские туфли и т. д. Дети обожают и зайцев-великанов из спектакля «Большое путешествие маленькой елочки». И всем без исключения любопытно посмотреть, как команда из четырнадцати человек управляет 3-4-х метровой куклой, символизирующей Лондон, в постановке по повести «Принц и нищий». Вообще, это только в советское время определили, что кукольные театры существуют лишь для детей. Тогда как с давних веков этот вид театра был универсальным способом диалога со зрителем самых разных возрастов. На спектакли для взрослых (такие, скажем, как «Мы» по произведению Е. Замятина) в БТК билеты раскупают за три недели, а в зале не отыщешь свободных мест. С весны в театре начались экскурсии за кулисы и по мастерским – отбоя нет ни от маленьких посетителей, ни от взрослых.

    Кстати, раньше делал кукол, управлял ими и придумывал сценарий один человек – кукольник. В пятидесятые годы появилось профессиональное образование для кукольников.  А теперь и куклы стали больше, и штат кукольных театров устроен по образцу драматических, и одна профессия разделилась на несколько разных. И, конечно, зимние праздники каждому члену большой театральной семьи запоминаются чем-то своим...

    Александр Калинин, директор Большого театра кукол: «Во время новогодней кампании в театр всегда трудно попасть, так было даже в девяностые. Помню, году так в 1994-1995 в кабинет ко мне заглядывает администратор и говорит: «Там в кассе Ростропович стоит!». Я не поверил, решил, что меня разыгрывают, но это была правда! Он хотел сходить на елку всей семьей, а билетов не было. Я пригласил его в кабинет, где уже был Герман Оскарович Греф (он проверял, как идут губернаторские елки). И вот мы сидели такой разношерстной компанией и слушали истории Мстислава Леопольдовича. В том числе и ту, как он подарил свой смычок Пабло Пикассо, а потом не мог забрать его обратно, потому что на смычке уже было написано «Пабло от Славика». Конечно, потом он еще побывал на нашем спектакле. Ответственно? Знаете, такого рода люди распространяют вокруг себя ауру... Что-то очень-очень хорошее повисает в эфире и помогает играть. С ними все рождается легче!».

    Дмитрий Чупахин, актер БТК: «Я играю Деда Мороза в спектакле «Морозко» и новогодние интермедии фойе, где мы общаемся с детишками. Спрашиваешь: «Хорошо ты себя ведешь? Слушаешь родителей?». А соврать они не могут – в глаза Деду Морозу не смотрят, честно отвечают: «Не всегда». Тогда берешь с них обещание исправиться. Однажды ко мне подошла девочка, примерно трех лет. Она верила по-настоящему, что я – тот самый Дед Мороз, очень робела. Спрашиваю ее: «Ну, что ты хочешь на Новый год?». Отвечает: «Я хотела сказать спасибо и поздравить тебя с Новым годом. А подарков мне не надо». Выспрашиваю все-таки: «Как же, совсем ничего? Может, что-то все же хочешь получить в подарок?» И тут она поднимает на меня глаза и тихо так говорит: «Собаку». Я чуть не расплакался. Дети постарше, конечно, не верят в меня, сомневаются. Дергают за бороду, кричат: «Да ты не настоящий!». А борода крепится хорошо, ее не оторвать. Один мальчишка попробовал, не вышло – сразу взгляд у него изменился, стал серьезным. Поверил! Когда разговариваю с такими, «взрослыми», выясняется, что они все равно пишут письма Деду Морозу и складывают их в морозилку. И подарки ждут».

    Андрей Качанов, звукорежиссер БТК: «Дети часто шалят на спектаклях. В фойе, где проходят новогодние интермедии, стоит елка. Так они выкапывают провода, которые спрятаны под ветками, а потом на призыв «Раз, два, три! Елочка гори!» – елочка не зажигается, потому что контакты отошли. Бывает, и на сцене форс-мажоры. На детском спектакле у актера за ширмой однажды соскользнула табуретка, и он вместе с куклой начал падать назад. Кричал что-то явно нецензурное. Но зрители, слава Богу, не услышали, – далеко сидели».

    Окана Смогилева, реквизитор БТК: «Пожалуй, мой любимый новогодний спектакль – «В Рождество все немного волхвы…». У него совершенно потрясающая атмосфера, будто и правда происходит что-то волшебное, сказочное. Его можно смотреть много раз. Зрители уходят и уносят это чудо с собой, домой».

    Екатерина Маковецкая, Юлианна Сергеева, реквизиторы БТК: «Как-то раз отправили труппу играть спектакль в Москву, а кукол забыли в Петербурге! Впопыхах купили билет на «Сапсан» первому попавшемуся работнику театра и отправили с куклами в Москву – прибыли они буквально за полчаса до спектакля. Успели! Еще часто в Новый год (и не только) актеры и работники сцены устраивают друг другу розыгрыши. Например, реквизиторы щекочут за ширмой актера, который работает в этот момент с куклой, а тот ничего сказать не может, и даже хихикнуть нельзя – надеты очень чувствительные микрофоны. Так что нам тоже весело, не только зрителям!». 

27 28 29 30 31 1 2
3 4 5 6 7 8 9
10 11 12 13 14 15 16
17 18 19 20 21 22 23
24 25 26 27 28 29 30